Москва, 2007 год. Мне 15 лет, я учусь в 10 классе, и моим основным хобби являются книги и компьютерные игры.
Конец октября. На улице уже неделю идет холодный, монотонный дождь. На выходных воскресный папа забирает меня на машине прокатиться по центру и зайти в книжный.
В этот день ливень усилился, небо из асфальтово-серебристого стало насыщенно черно-синим. На часах 4 часа дня, по пути в магазин отец спрашивает как у меня дела, и что интересного произошло за последнее время.
Я абсолютно скучающим тоном рассказываю, что ничего заслуживающего внимания за последнюю пару недель не случилось, впрочем, как и всегда. Жизнь в целом монотонна, однообразна и предсказуема. Он возражает, что всегда есть место случайностям и неожиданностям, я со скепсисом пожимаю плечами.
После покупок мы садимся обратно, собираемся трогаться, и в этот момент на заднее сиденье запрыгивает почти что полностью голый мужчина лет 30, и на английском языке говорит нам:
– Поехали, поехали! Здесь везде полиция!
На мужчине из одежды – белые трусы-семейники и тапочки.
Отец не стал задавать лишних вопросов, а просто молча поехал вперед на небольшой скорости. Выясняется, что этот дяденька из Англии, он приехал в Москву жениться. Идут вторые сутки его тусовки на его же мальчишнике. Где его гостиница – он не помнит. Где его ресторан или одежда – он не в курсе. Но зато он имеет четкую, кристально-выверенную цель: он хочет выпить водки.
Из всей ситуации, именно этот вопрос поставил нас в ступор: проще ответить, где в Москве в центре нельзя выпить водки.
В целом, он очень обрадовался нашей общительности, и предложил поехать к нам в гости. Мы вежливо отказались, все еще пытаясь выяснить, куда же его доставить.
Беглый англичанин достаточно быстро потерял интерес к беседе и попросил остановить машину.
Следующая сцена до сих пор стоит у меня ярко перед глазами: худой, высокий мужчина гордо выходит в бушующую улицу, осматривается вокруг, теряет один тапочек в луже, второй тапочек выкидывает бодрым движением ноги и уходит в пустоту.