Многие ошибочно полагают, что самая захватывающая должность в индустрии рекламы связана с отделом креатива. О, нет, нет, нет... Ведь их работа – просто придумать что-то захватывающее и невероятное. Просто вообразить это и воплотить в презентации. Что угодно. А вот продюсер... продюсеру придется все это воплощать в жизни! Как архитектор, который придумывает и мечтает, и инженер-строитель, которому это все расхлебывать, креативщик и продюсер работают вместе. Один – мечтает. А второй – воплощает.
Мне было 24, и я работала в рекламном агентстве копирайтером. Микрософт ворд до сих пор подчеркивает это слово красным, поэтому объясню: это тот человек, который отвечает за тексты, от слогана до сценария ролика. За сценарий мне тогда и пришлось ответить.
Нашим клиентом был известный мобильный оператор, который заказал у нас рекламу смартфона. Не что-то там крутое, а простенькие телефоны, которые стали бы для многих людей – особенно из старшего поколения – первым продвинутым девайсом с выходом в интернет. Помните, как бабушки, дедушки и даже чьи-то папы держались за телефоны с кнопками и шутили, что не будут платить больше за устройство, в котором их даже нет? Ведь телефон – для того, чтобы звонить. Мы были одними из первых, кто начал с этим бороться.
Задача казалась очень простой, но легким движением своих пальцев я отправила все в ад.
Сначала ничего не предвещало. В первой версии сценарий начинался с того, что муж и жена сидят в машине посреди леса. В салоне – напряженная тишина, по взгляду на жену мы понимаем: они уже слишком давно женаты, и лучшие годы своей жизни она инвестировала не туда, а также это все – его вина. В итоге, она не выдерживает и говорит: «Просто сказала… Мишенька… что телефон с картами сейчас бы пригодился больше, чем телефон с кнопками». Муж тяжело вздыхает, но вынужден согласиться.
Дальше мы выходили на демонстрацию продукта, рассказывая, как много всего полезного в этом смартфоне, а стоит он всего ничего.
Сценарий был крепкий. Но пресный. А клиент хотел перца!
Перца он захотел на какое-то мое утро после вечеринки, где мы с друзьями надрались как матросы после трех месяцев в море, и моя нервная система неадекватно отреагировала на критику. Вместо того, чтобы сесть и подумать полдня, ну или хоть сколько-нибудь, я смахнула свои бумаги на пол и фыркнула:
– Перца! Ха! Ну давайте… в самом начале им лось будет зеркало заднего вида жевать!
Почему-то это было первое, что пришло мне в голову. Не буду скрывать, мне всегда хотелось встретить живого лося, но все-таки странный выбор. Возможно, воспаленный вчерашней выпивкой мозг быстренько на коленке создал самую короткую из возможных нейронную связь и так получилось, что «внести правки в сценарий» и «увидеть лося» ею и соединились.
Креативный директор мой, видимо, тоже накануне где-то нехило пришвартовался. Потому что он встал с кресла, улыбнулся, вытянул в мою сторону руку и сказал: «ДА!!!», а потом плюхнулся назад и продолжил курить вейп.
На том и порешили. Съемки ролика должны были начаться через полтора месяца.
А за две недели до него мы снимали другой. Там тоже было смешно: дело было 1 апреля, мы должны были снимать жаркую весну Казахстана в Подмосковье, а ночью выпало 15 сантиметров снега. Если вы думаете, что у Вселенной нет чувства юмора, как вам такое?
Съемки были в каком-то поле посреди ничего, поэтому команда от агентства и несколько представителей клиента сидели и грелись в автобусе. Не в каком-то, а в шикарусе. Знаете, что это такое? Это как большой дом на колесах с кухней, столовой, санузлом, зоной с кожаными диванами, раздвигающимися стенами, чтобы пространства становилось еще больше, но самое главное – с шестом посередине.
Как оказалось, более порядочные модели были арендованы еще за неделю до того, как это сделали наши продюсеры. Помню, я и мой напарник Кирилл боялись садиться на не вызывающие доверие кожаные сиденья, и постоянно казалось, что из одного из шкафов в любой момент может вырваться вырубившийся там вчера стриптизер и с криком выбежать из автобуса.
Ребята со стороны клиента были вежливыми, приятно улыбались и держались друг дружку. А в другом конце автобуса сидела продюсер Катя и сверкала глазами в мою сторону.
Она не улыбалась, даже когда клиент говорил шутку, и мы все закатывались смехом. Катя только смотрела на меня и просверливала в моем лбу две дырки.
На улице мерзли актеры. Четверка одетых в образ ученых гордо, радостно, но сдержанно смотрела на воображаемого Гагарина, исчезающего в нижних слоях стратосферы. Как будто они на Байконуре, только на самом деле посреди заснеженного поля. Обогреватели работали на максимуме, как и актеры, притворяющиеся, что им тепло и радостно. У одного стучали зубы, поэтому нам не получалось снять дубль. Шведский режиссер в двух пуховиках давал актерам наставления, выпуская изо рта и как будто из ушей клубы пара. Гример подбегала подкрашивать синие губы байконурских ученых розовым цветом.
Клиент решил, что без него не справятся. Они все вышли на улицу, чтобы тоже посоветовать: и актерам, и режиссеру, и гримеру тоже.
Это был Катин шанс! Она совершила прыжок в мою сторону.
Как пантера, она неслышно перемахнула автобус и оказалась рядом. Мое кровообращение прекратилось. Катя как будто улыбнулась, но только чтобы обнажить клыки:
– Это ты Лена Суворова?
Никогда еще быть Леной Суворовой не было так невыгодно. Опасно. Безрассудно.
– Да, – я еще не знала, в чем дело, но понимала, что оно плохо.
– Ну, привет. Ты лося в сценарии к смартфону прописала?
– Да! – почему-то гордо сказала я и выпрямилась. Это инстинкт творца! Но он сменился другим – самосохранения, когда Катя не ответила сразу. Она дала мне время сдуться от гордости и, как трепыхающемуся резиновому шарику, опуститься на пол.
– Ты хоть понимаешь… как сложно найти ДРЕССИРОВАННОГО ЛОСЯ?!
– Неужели сложно?
Ее глаза опять блеснули.
– Невероятно! Это же дикое животное! Очень опасное! Оно может убить. Разбежаться и пригвоздить тебя к дереву! Они могут ударить ногой назад… вперед… И В БОК!
Катя говорила про лося, но тогда казалось, что и как будто про себя. Судя по интенсивности ее речи, мысленно она уже пару раз била меня ногой назад, вперед и в бок.
– Для съемок нужен дрессированный лось. Который не испугается софитов, не начнет атаковать людей, а будет стоять где нужно и делать что надо. В нашем случае – жевать зеркало.
Пора было признать, что вписать лося в сценарий было необдуманным решением. Но нужно было раньше об этом думать, а раньше уже закончилось.
– А… лосиный остров? – попыталась я.
– Хорошая догадка! – в тоне Кати появилась ирония. Или сарказм? – Мы туда позвонили. У них есть один лось, который однажды участвовал в фотосессии.
Лось, участвовавший в фотосессии. В рекламе бывает интересно работать, ведь уровень абсурда иногда несовместим с жизнью. Как-то коллеги делали ролик для йогурта, где струя меда кружилась в воздухе, а потом плавно залетала в баночку. Это было желание и идея самого клиента, он так видел. Рассказывали, что на этапе пост-продакшена он долго смотрел в экран, повернул голову на бок, и неуверенно протянул, что мед как-то неестественно летает вокруг упаковки.
Но вернемся к нашим баранам. Точнее – к лосям.
– …но, хоть он и участвовал в фотосессии, – продолжала продюсер Катя, – нам он не подойдет, потому что наша задача намного сложнее. Мы снимаем видео! Да и заповедник не очень готов выдавать нам лося. Еще есть ферма в Швеции… там лоси уже снимались в паре роликов. Но это дорого, мы вряд ли уместимся в бюджет. Мы написали пару запросов на север, там ищут лосей.
Приятно, что пока мы тут занимаемся своими делами, живем свои жизни, устраиваем быт, кто-то где-то ищет дрессированного лося. Такие мысли поднимают мне настроение.
Но не Кате. Она уже выпустила гнев, пропустила стадию торга, перейдя сразу к депрессии. Может, даже к принятию.
Я решила ее подбодрить:
– Да ладно… неужели, это так сложно – найти лося для съемок? – те, кто меня знают, осведомлены, что я, хоть и очень много говорю, но в критических ситуациях делаю это плохо.
Я даже положила руку ей на плечо, но тут же убрала, потому что катины глаза снова сверкнули:
– Ну, это не та ситуация, когда вводишь на авито каком-нибудь запрос «дрессированный лось купить», и находишь.
Я посмотрела в окно. Актеры, которых точно ждало воспаление легких, ждали, когда клиент и режиссер договорятся: ученые смотрят в небо все же радостно или гордо? И насколько сдержанно? Переступали с ноги на ногу, сбрасывая снежок с ботинок. Думали, что надо было слушать папу и на радиоинженеров идти, сидели бы сейчас в конторе у батареи.
Было в морозном воздухе апреля что-то безнадежное.
– А давай, – говорю я.
– Что? – отозвалась Катя.
– Давай введем на авито запрос «лось купить».
Делать все равно было нечего, и Катя открыла ноутбук, нужный сайт и ввела запрос.
Помните, это чувство, когда ты в спортивном зале школы стоишь у одной стены и изо всех сил одной рукой кидаешь мяч в баскетбольное кольцо у другой? Ну, шутки ради. Не надеясь. На шару. И вдруг, попадаешь! Такое волшебное чувство, ведь ты не надеялся, просто пошутить хотел, а тут опа! И мяч чисто входит в кольцо. Ты – победитель!
Катя перевела на меня взгляд, полный дрожащих в нем звезд.
Первый ответ на запрос на авито был таким:
«Продам дрессированного лося,
Новгородская область»
В объявлении лесник продавал выращенного им лося. Еще лосенком он нашел его у своей хижины, вырастил, научил «давать лапу», делать поклон и еще пару простых трюков. Назвал Яшей. Яше многого не надо было: в день ведро молока и яблок. Для питомника, например, это мелочь, а для лесника – слишком много. Поэтому он хотел бы продать Яшу в какое-нибудь хорошее место.
Остаток съемочного дня прошел в нежной эйфории, и даже перемороженные актеры как будто согрелись нашим счастьем. У трех из них точно потом все было хорошо – в течение года мы с ними повстречались на других проектах.
Надо было что-то быстро решать с Яшей. Оставить его после съемок в агентстве мы не могли, он не вписывался в интерьер офиса в центре, да и ему нужен был лес. Назад его везти было нельзя: чтобы безопасно перевести лося, чтобы он себя не травмировал в поездке, ему надо дать транквилизаторы. Он уснет, а проснется уже в новом месте. Один раз так можно, но второй раз за короткий промежуток времени его сердце может не выдержать. Мы не хотели, чтобы Яша страдал.
Но продюсеры на то и продюсеры, чтобы решать нерешаемое, воплощать невоплотимое и понимать, куда деть лося, когда он больше не нужен.
Мы снимали на частной территории в Подмосковье, вроде бы, это был дом отдыха. У них был контактный зоопарк и большая территория с лесом. Наша команда это оценила, и хозяева получили по-настоящему выгодное предложение: «Вы не только получаете деньги за день съемок на вашей территории, но и лося в подарок!». Мы же в рекламе работаем, в конце-то концов.
Но Яша продолжал приносить нам проблемы. По дороге в Москву он решил сбросить рога и стал менее привлекателен.
Ничего, сказали продюсеры, которые уже ко всему привыкли и больше не плакали, мы ему на компьютере нарисуем! И рукой так махнули и хихикнули, выдавая отчаяние.
Яшу мы выписали из Новгородской области вместе с «папой». Лесник гордо в день съемок подошел к нам в камуфляжной фуфайке и брюках и на наших глазах победоносно поздоровался с лосем за переднюю ногу. Он пожал его правое копыто но мы все почувствовали, как будто это Яша нам лапу дал.
Мы были в восторге! Лось, который даже лапу дать может! Вот это мы справились. Не зря одно из лучших агентств России! Профессионалы!
Но на этом Яшины таланты кончились. Он мог только не убивать нас и давать лапу своему хозяину. А мы хотели от него немного больше: в кадре он должен был обойти машину и пожевать зеркало.
У лесника все было продумано: как он нам говорил, Яшу привлекала моча. Чья – не сказал. Но к ужасу съемочной группы облил ею зеркало машины. Яша был хладнокровен. Моче он предпочел выхлопную трубу автомобиля, который мы завели, чтобы прогреть актеров, потому что учли ошибки прошлого опыта.
Продюсеры закурили. Режиссер сложил руки на голове. Но не его помощник.
Помощник режиссера раньше, видимо, тоже был продюсером, потому что смекнул, что Яша-то торчит от выхлопных газов! И провел трубу к нужному нам боковому зеркалу. Успех!
Яша был на месте. Но тут же оказалось, что в кадре он не самый худший актер. Актриса сначала не могла запомнить и повторить свою единственную фразу, состоящую из 10 слов, а потом – дать нужную эмоцию. Мы сделали где-то тридцать дублей, и все не получалось. Американский режиссер стоял на коленях у монитора и говорил что-то про временный рак глаз, когда смотрит на ее игру. Мы с клиентом опять сидели в шикарусе, уже без шеста. И почти без надежды снять хороший ролик. Дубль шел за дублем. Яша все дышал у зеркала.
И вдруг понял, что он не может работать в таких условиях. Он не выдержал!
Прямо за нашим окном пронеслись: лось, за ним – помощник режиссера, за ними – режиссер. Через пару секунд, уже в противоположном направлении: режиссер, за ним – помощник режиссера, за ними – лось.
Яшу отвлекли яблоками. Дали отдохнуть, он пришел в чувства.
И даже актриса. Что-то у нее внутри щелкнуло, и она тут же отыграла дубль. Яша даже в конце красиво ушел из кадра, мы на такое даже не надеялись.
Все закончилось хорошо. Хотя ролик, создание которого обернулось для нас настоящей одиссеей, относительно незаметно блеснул на российских телеканалах и сорвался с небосклона телевещания, мы все равно чувствовали себя победителями. Приключение, которое казалось ужасом в моменте, стало прекрасной памятью и историей. Ну и потом, у вас есть знакомые, которым довелось купить лося на доске бесплатных объявлений? Вооооооот.
А Яша до сих пор гуляет по подмосковным лесам и, возможно даже, с красивой лосихой. И это тоже победа.
.jpeg?auto=webp)
.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)
/1x.jpeg?auto=webp)